Дневник российского журналиста, не согласного с войной: часть 2

Антивоенное граффити на киоске Роспечати в Екатеринбурге. (Фото Ардена Аркмана)

Пятница-суббота. 22-23 апреля. 58 и 59 день войны.

Свою книгу «Ёбург» Алексей Иванов сопроводил эпиграфом: «Город храбрых». У меня и раньше были основания думать, что это так:

  • в 2013 году, когда екатеринбуржцы избрали мэром оппозиционного политика Евгения Ройзмана,

  • в 2018-м, когда тысячи горожан вступили в противостояние с местными олигархами, их боевыми отрядами спортсменов-гопников и ОМОНом, и отбили от застройки свой любимый сквер в центре города.

Теперь я убеждаюсь в храбрости екатеринбуржцев, не принявших войну.

Готовя цикл публикаций о россиянах, выступающих против войны, я позвонил шестерым знакомым из Екатеринбурга, и попросил их об интервью, сразу оговорившись: можно анонимно. В условиях, когда любые выступления против бомбардировок Украины могут обернуться лишением свободы, это предложение казалось логичным. И я был уверен, что из шести человек согласится поговорить, дай Бог, один. Но согласились все. И каждый сказал: «Никакой анонимности – я буду говорить открыто».

Этим людям – есть, что терять. Кому-то карьеру, кому-то семью, кому-то тюрьма обрубит возможность помогать другим людям. Но они идут до конца.

Вот передо мной тучный добряк Анатолий Свечников – правозащитник-самоучка, «мемориалец». 24 февраля он был среди протестующих против войны на главной площади города. Когда полиция начала задерживать людей, до Анатолия не добрались, и на следующий день он уже помогал задержанным в судах, координируя работу адвокатов. А 27 февраля его самого все-таки задержали и арестовали на 30 суток – формально, за участие уже в другой акции, посвященной памяти убитого оппозиционера Бориса Немцова.

Анатолий уже «в прицеле» правоохранительных органов. Но говорит смело, объясняя, что молчать для него – значит, смириться с войной.

– Я считаю, что несу ответственность за то, что произошло. Как минимум, потому что платил налоги, частичку которых моя страна решила пустить на войну с Украиной. Конечно, основная вина лежит на государстве, которое создало в умах людей представление о том, что война вообще допустима. Но виновато и общество: россияне десятилетиями привыкали к равнодушию, привыкали не замечать проблем, которые лично их не касались. И вот итог. Уже все народы мира, кроме, может, каких-то амазонских племен, поняли: торговать лучше, чем воевать. Но оказалось, что этого не поняло наше руководство.

Мы говорим полчаса, большую часть нашего разговора я распишу в отдельном тексте, не в дневнике. Но бесстрашие – поражает.

– Я сталкивался с плохим отношением к себе из-за антивоенной позиции, – говорит Свечников. – Когда я стоял в пикетах, ко мне подходили люди, которые оскорбляли, называли меня представителем «пятой колонны». Но я объясняю это так: в ситуации большой трагедии люди ищут, на что опереться. И позиция пропаганды кажется им сильной. Они примыкают к ней, надеясь, что за сильной спиной беда их не коснется. Но она коснется всех. Думаю, тот ужас, та блокада, тот дефицит, с которым столкнется наша страна, будет даже хуже, чем это было в Германии.

Пока же на улицах, кажется, действительно все спокойно. От Урала до Украины 3 000 километров – можно подумать, что война сюда не донеслась. Но она донеслась: 18 апреля в Верхотурье (это небольшой городок в трех часах езды от Екатеринбурга) похоронили капитана Дениса Беспамятных – точное место его гибели не называется, чиновники говорят просто: «Погиб на Украине». Незадолго до этого в Красноуфимске и Березовском схоронили солдат Владислава Сагитова и Руслана Аитова – они погибли в Мариуполе.

И многие на Урале осознают: 22-летние или 24-летние мальчики приезжают в закрытых гробах. Понимает ли хоть кто-то, за что они полегли, чего хотели добиться? И хотели ли? И вот я замечаю, как люди идут мимо закрытого киоска с большим граффити, на котором изображен человек с плакатом: «Нет войне». Как до сих пор на деревьях и столбах появляются новые и новые зеленые ленточки – символы мира.

Да, война против войны – часто скрытная. Часто ее акторы неизвестны. Но она идет и это дает надежду.

Граффити-2.jpg
Антивоенное граффити в Екатеринбурге. Фото Ардена Аркмана

В приемной у бывшего мэра Екатеринбурга Евгения Ройзмана слышу его разговор с женщиной. Она в отчаянии. Едва не плачет: «Я не понимаю, как общаться с родными. Они постоянно говорят: «Там [в Украине] нацисты. Они это заслужили». Он успокаивает ее, большая часть разговора проходит за закрытыми дверями, и до меня доносятся уже только отрывки фраз.

Да, кажется, что у этого человека [имеется в виду Владимир Путин], много сторонников. Но у Сталина, может быть, было еще больше сторонников, а от него отреклись после смерти на государственном уровне. А Чаушеску вообще за 4 дня до расстрела выступал на стотысячном митинге. Людям свойственно быть на той стороне, где сила, или на той, где им только кажется, что есть сила.

Надеюсь, нам всем только кажется, что у развязавших войну – действительно есть сила народной поддержки. Проблема, правда, в том, что силы противников войны пока не хватает, чтобы ее остановить.

Newsletters